Ultimate magazine theme for WordPress.

МУСУЛЬМАНСКИЕ ДЕТИ РИСУЮТ ХРИСТИАНСКИХ МАДОНН

0 42

Марина Сыревич

Этот непростой разговор состоялся не сегодня. Выставка под названием «Мусульманские дети рисуют христианских мадонн» летом 2011 года прошла в Москве тихо и незаметно. Посетив выставку дважды, я дважды кардинальным образом поменяла свое отношение к этой теме. Материал «лег в стол», потому что время еще не пришло. Но мир изменился. И время пришло.

День первый. Суббота, пять часов пополудни, Музей современной истории России на Красной Пресне. Безмолвие и пустота. В музейных залах – ни одного человека. Нахожу зал с выставкой «Мусульманские дети рисуют христианских мадонн». Захожу, разглядываю работы. И пугаюсь собственной реакции. Какой ужас! Зачем?! Кто разрешил?! Мы же не трогаем их Мухаммеда, пусть и они не трогают нашу Богородицу!

Фото: arivik.livejournal.com Фото: arivik.livejournal.com

Если на эту выставку случайно заглянут православные ортодоксы, они запросто сочтут это оскорблением. А если на эту выставку заглянут ортодоксальные мусульмане, реакция может быть еще более жесткой. Ведь в исламе нельзя изображать Бога, тем более – чужого! Что будет с этими мусульманскими детьми? Ведь их имена указаны под картинами. Кому в голову пришла эта бредовая идея? Читаю пресс-релиз выставки – Куцев Валерий Афанасьевич, художник-педагог Детской школы искусств № 7 г. Махачкалы Республики Дагестан. Узнаю его телефон, звоню, назначаю встречу.

День второй. Воскресенье, час дня, Музей современной истории России. В музейных залах – по-прежнему ни одного человека. На выставке «Мусульманские дети рисуют христианских мадонн» двое: Куцев и я.

Разговаривать с художником иногда очень непросто. Как «из болота тащить бегемота». Если ты не понимаешь его видения, ты вообще ничего не понимаешь. Но есть такое слово – надо.

Много лет Валерий Афанасьевич Куцев руководил художественной школой поселка виноградарей Мамедкала Дербентского района Дагестана. Последние десять лет работает в махачкалинской школе искусств. Дети и живопись – это вся его жизнь. Ученики Куцева принимали участие в международных выставках детского рисунка в Англии, США, Германии, Франции, Аргентине, Иране, Китае, Бангладеш, Сенегале, Канаде, Индии, Бразилии, Японии, Финляндии, а также Тбилиси, Баку, Санкт-Петербурге, Киеве, Риге, Таллине, Москве. Впечатляет?

Но невозможно до бесконечности рисовать с детьми программных зайчиков, пейзажи и натюрморты. Хочется чего-то нового, а круг тем для детей узок и специфичен. На одно из занятий какой-то мальчик привел свою младшую сестренку (не с кем было оставить дома). Ее и решили рисовать, посадив на высокий стул. У девочки в руках была кукла, которую она прижимала к себе, а на голове – круглая шапочка. Чья-то детская рука, рисуя шапочку, изобразила над головой полукруг – нимб. Вот вам и образ. Уже потом, развивая эту тему, Куцев стал показывать своим ученикам репродукции русских икон.

– Дети спрашивали, Кто это? – задаю я вполне естественный для себя вопрос.

– Нет, они все знают, что это Матерь Божия, – искренне удивляется моему вопросу Куцев.

– Но они же знают, что это не их Бог? – осторожно переспрашиваю я.

– Нет! Абсолютно! – горячится Куцев, – В Дагестане нет религиозного фанатизма! Нет противопоставления ислама и христианства. Особенно у детей! Они этого еще не понимают!

– А родители не приходят, не спрашивают, чем тут их дети занимаются?

– О чем Вы говорите! У нас родители простые, могут прийти, могут не прийти. Один раз привел ребенка, и всё!

– А как Вы объясняли своим ученикам, что они рисуют именно Матерь Божию? Дети, воспитанные в мусульманской традиции, не спрашивали, как у Бога может быть Мать?

– Ну, кто-то знает, а кто-то не знает. Кто задавал вопросы, тому отвечал. Я, знаете, как художник не проталкивал никакую религиозную идею, мне эта тема интересна сама по себе.

– Какая?

– Матерь Божия. Понимаете, мы вышли на религиозную тему!

– Только что Вы сказали, что Вам не интересна религиозная тема.

– Когда?

– Только что.

– Вы не поняли!

– Давайте я попытаюсь Вас понять. Я хочу Вас понять! Надумана ли проблема межконфессиональная? Либо она есть? Для Москвы эта выставка – прецедент. Женщина с ребенком – это просто женщина с ребенком. А Мадонна со Христом – это Мадонна со Христом, тем более в изображении мусульманских детей.

– Вот я с Вами говорю – как стена! Такой мысли даже не было! Я в Махачкале три выставки таких сделал! В Дагестане на ТВ, радио, в газетах – везде о них рассказывали!

– Выставка называлась так же, как и в Москве, – «Мусульманские дети рисуют христианских мадонн»?

– Нет, вообще названия не было, просто выставка. На открытии была министр культуры Дагестана, которая, увидев эти картины, выкрутилась и сказала: «Посмотрите, какой прекрасный образ матери и ребенка».

Делаю глубокий выдох, понимая, что вплотную подойти к теме гораздо труднее, чем я себе это представляла.

– Валерий Афанасьевич, расскажите о себе. Как Вы попали в Дагестан?

– Мой отец – Афанасий Куцев, мать – Полина Ивановна Бородина, вместе с сестрой-двойняшкой я родился в Дагестане 28 августа 1949 года на Успение Пресвятой Богородицы. Тогда декретный отпуск – месяц до родов и месяц после родов. У отца была сестра Наталья, монахиня в миру, жила в Воронеже. Их монастырь разогнали, она то у одних родственников поживет, то у других. Попросили ее приехать к нам в Дагестан помогать с двойняшками. Она согласилась с радостью, но сказала: «Только некрещеных в руки не возьму». И нас с сестрой с перепугу окрестили в единственном уцелевшем сейчас в Махачкале храме Успения Пресвятой Богородицы. Тогда это было опасно, договаривались с батюшкой втихую, подпольно.

Куцев Валерий Афанасьевич. arivik.livejournal.comКуцев Валерий Афанасьевич. arivik.livejournal.com

– То есть Вы, этнический русский, всю свою жизнь прожили в Дагестане?

– Ну да! Когда в 1999 году Шамиль Басаев первый раз напал на аварские селения в Дагестане (первая чеченская война, которая длилась 1,5 месяца), я как раз первую такую выставку делал. И мы пригласили на эту выставку детей-беженцев.

– А представителей религиозной общественности на такие выставки приглашали?

– Приглашали и батюшку, и муллу, когда эта выставка проходила в редакции газеты «Молодежь Дагестана» (через несколько лет ее главного редактора убили). Выставку тогда назвали «Мир вашему дому». Но ни батюшка, ни мулла не пришли, сказав, что в светских мероприятиях не участвуют.

– А в Москве эта выставка впервые?

– Да, впервые. И в том кошмаре, в каком сейчас наши махачкалинцы-ваххабиты взрывают в Москве метро, это не просто живописная выставка с натюрмортами, пейзажами, портретами, а общественно-политическая, толерантная. Сами дагестанцы этих ваххабитов ненавидят, они их боятся, партизанская война идет в Махачкале! Сколько эти ваххабиты мулл убили! Троих главных дагестанских мулл убили!

– За что?

– За то, что они, муллы, говорят: «Нельзя убивать, нужно жить дружно со всеми нациями». А ваххабиты всех запугивают! Они же бандиты, у них одна извилина, понимаете?

– Но если все дагестанское общество отвернется от бандитов, у них не будет возможности существовать. Значит, им кто-то помогает?

– Им? Само собой!

– Кто?

– С Запада идет все финансирование.

– И сами дагестанцы это понимают?

– Конечно! Поэтому и ненавидят этих ваххабитов! Ну, послушайте, какой нормальный мусульманин, живущий в Махачкале, хочет, чтобы его взорвали, родственников его убили? !– side-img-block –>

– Как же Вас тогда ваххабиты до сих пор проглядели, Валерий Афанасьевич? Ваххабиты искусством не интересуются?

– Сам диву даюсь! Я не думаю об этом. Хотя меня спрашивали: «Как ты не боишься делать такие выставки в мусульманской республике?» А здесь, в Москве, говорили: «Как Вы могли дать наших христианских мадонн этим мусульманам? Вы что, хотите рассорить Дагестан с Москвой?»

– Кто говорил?

– Не скажу. В Дагестане проживает около 30 (!) народностей: аварцы, даргинцы, лезгины, лакцы, кумыки, табасаранцы. И у всех свой язык. Но ТВ, радио и центральные газеты в Дагестане выходят на русском языке.

– ?

– Да! Есть отдельные программы на радио, на ТВ и страницы в газетах на национальных языках, чтобы поддерживать эти языки. В районах, на местах, говорят на национальных языках. Но в крупных городах – Махачкале, Дербенте и даже в мечетях мулла говорит проповедь на «международном» русском языке.

В который раз окидываю взглядом картины, на которых мусульманские дети рисуют христианских мадонн, и понимаю, как меняется мое отношение к этой теме.

– Валерий Афанасьевич, 1 сентября начнется новый учебный год. Будете продолжать эту тему со своими учениками?

– Обязательно!

– И принципиально не будете наполнять ее смыслом?

– Каким смыслом?

– Религиозным. Или Вы считаете, что это вообще не нужно?

– Опять двадцать пять! – сердится Куцев на меня, упрямую. – Мы через заднее крыльцо к Богу подошли!

– Нельзя жить в обществе и быть свободным от общества! Нельзя рисовать Бога и не иметь к Нему отношения! А если русским детям дать задание нарисовать Аллаха?

– Не представляю, – совершенно искренне удивляется Валерий Афанасьевич моим словам, – есть словесное описание пророка Мухаммеда, но кто видел Бога?

– Вот мы и подошли к самому главному, – внутренне ликую я, но молча, – к природе Божества христианского. Христос по Матери – Человек, но по Отцу Он – Бог, от «Духа Свята рожденный». Христос – Богочеловек.

– Ну, да, правильно… – Валерий Афанасьевич будто впервые задумался об этом, а в глубокой задумчивости он, как оказалось, немногословен.

В одной из сур Корана говорится, что Дева Мариам Святым Духом родила пророка Ису (Иисуса Христа).

– Значит, Христос – не пророк, Он – Бог, из любви к людям спустившийся на землю, – заканчиваю я свою нехитрую мысль и затихаю в ожидании.

– Послушайте! – резко выходит из задумчивости мой оппонент. – У меня узкая специализация: я – художник! Я вижу: где холодненькое, где тепленькое, где выше головку поднять, где – ниже, где цвет поменять. Только на это я смотрю как профессионал!

– Вы только внешнее берете, а у всего внешнего всегда есть и внутреннее содержание! Нельзя рисовать Мадонну, не вкладывая в это смысл! Тогда рисуйте бабу Маню!

– Вы совсем ничего не понимаете в живописи!!! – уже окончательно сердится на меня Валерий Афанасьевич.

– А я не обязана понимать!!! – сержусь я в ответ. – Для глубоко верующего человека Богородица – родней родной матери. И верующим людям, которые, возможно, придут на эту выставку, не услышав про жизнь в Дагестане всего того, что я сейчас услышала от Вас, будет очень непросто понять и принять эти, мягко скажем, неканонические образы.

Валерий Афанасьевич задумался снова. Тогда я собралась с духом и спросила напрямую:

– А если взять и рассказать Вашим ученикам природу христианского Бога, и потом пусть рисуют? Совместить внешнее и внутреннее, форму и содержание?

– Тогда точно их родители придут и побьют меня, – как-то уж очень весело ответил Куцев.– Хотите, я расскажу Вам, как меня благословил Патриарх Алексий I?

– Симанский? Такое тоже было?

– Да, где-то в 1968 году в Эрмитаже, в Тронном зале. Я тогда из Махачкалы впервые приехал в Ленинград, к брату.

– И пошли в Эрмитаж на экскурсию?

– Нет, сам пошел, один: художник же юный! И вдруг в Тронном зале мне навстречу идет огромная толпа священников, человек 40! Все в черном, а первый идет в белой одежде. И вокруг него – молодые, наверное, секретари. Я просто ошалел от такой «компании», поражен был, так и застыл. Стою и смотрю на них, как они все ко мне приближаются, оцепенел весь, а вокруг, кроме меня, почему-то никого больше нет. А он так улыбается, так на меня смотрит и перекрестил меня.

Патриарх Московский и всея Руси Алексий I (Симанский) Патриарх Московский и всея Руси Алексий I (Симанский)

– Руку поцеловали?

– Нет, я же вообще тогда ничего не знал, простой парнишка из Махачкалы! Потом я в церковных календарях его фотографию искал, чтобы узнать – кто это был? Не нашел, они же там все без улыбок, статично. А я его только с улыбкой помню и в движении. А несколько лет назад у нас в Махачкале телевизионный фильм показывали. О нем. На работу я в тот день опоздал, но узнал, что это он – Патриарх Алексий I (Симанский) – благословил меня тогда в Тронном зале Эрмитажа. Узнал, что он умер в 1970 году. Я начал искать, где он похоронен. В Сергиевом Посаде. Приехал, а там в будни закрыто, я во второй раз приехал. И что я делал? Купил свечи, одну поставил, а оставшиеся зажег в храме, прочитал «Отче наш», потом задул их и увез с собой в Махачкалу. И от Сергия Радонежского свечи тоже с собой в Махачкалу привез. Эти свечи – мой бронежилет от ваххабитов.

– А там, в Махачкале?

– Когда тучи надо мной сгущаются, то я эти свечи зажигаю. Я не религиозный человек, так – дома, для себя. Из Дагестана 80% русских уехало, осталось 20%. У меня восемь родственников уехало, трое осталось. Я тоже собирался, но когда война началась, у меня мать парализованная была.

– А сейчас в Россию не собираетесь?

– Собираюсь. Но меня, наверное, Бог оставил… вот для этого, – и Валерий Афанасьевич вновь ушел в глубокую задумчивость художника.

Прошел год. Совершенно случайно в Интернете наткнулась на информацию о том, что в Фотоцентре на Гоголевском бульваре в июне 2012 года проходила выставка «Мусульманские дети рисуют христианскую Богородицу». Снова тихо и незаметно, как и в прошлый раз. Валерий Афанасьевич снова привозил в Москву работы своих махачкалинских учеников на такую непростую тему. Только название выставки изменилось. Теперь это не «христианские мадонны» во множественном числе и с маленькой буквы. Теперь мусульманские дети рисуют «христианскую Богородицу». Одну на всех (в единственном числе) и с большой буквы.

Капля камень точит, а сердце художника – и подавно. И какая разница, что кто-то «подходит к Богу через заднее крыльцо». И других за собой ведет. Главное – не мешать.

Фото: m24.ru Фото: m24.ru

Вместо послесловия.

Чем сейчас занят в Дагестане русский художник-педагог Валерий Афанасьевич Куцев, я не знаю, контакты утеряны.

Этой зимой, в Рождественский сочельник, расплачиваясь в магазине, я поздравляла всех знакомых продавщиц с наступающим Рождеством Христовым. В последнем овощном отделе была продавщица-мусульманка, тоже знакомая. «Поздравить – не поздравить?» – крутилось в голове, пока я выбирала редиску и сельдерей. Решила рискнуть:

– И Вас с Рождеством Христовым! У вас в Коране ведь тоже есть пророк Иса? Это наш общий праздник!

Женщина сдержанно улыбнулась и опустила глаза. А у меня словно крылья за спиной: она улыбнулась!

Да, мы разные, но жить вместе нам, видимо, навсегда.

Поддержать монастырь

Подать записку о здравии и об упокоении

Подписывайтесь на наш канал

ВКонтакте / YouTube / Телеграм

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.